Целью исследования было изучение механизма действия триады тепловой терапии и декомпрессии на тревожноподобное и депрессоподобное поведение у мышей с двукратным стрессом, вызванным разлукой матери и детеныша в сочетании с стрессом ограничения. Методика: после рождения мышата случайным образом распределялись на контрольную группу, группу разлуки матери и детеныша, модельную группу, группу тепловой терапии (5.85 г/кг), группу декомпрессии (12.03 г/кг), комбинированную группу тепловой терапии и декомпрессии (16.71 г/кг) и группу флуоксетина (2.6 мг/кг). В 5-й день после рождения (PD5) применяли разлуку матери и детеныша, в 21-й день (PD21) проводили отнятие от груди и профилактическое лечение, в 90-й день (PD90) — ограничивающий стресс. Поведение мышей оценивали с помощью открытого поля, лабиринта в форме буквы О и теста подвешивания за хвост; уровни нейротрансмиттеров 5-гидрокситриптамина (5-HT), дофамина (DA) в гиппокампе измеряли методом ВЭЖХ-ЭХД; экспрессию мРНК рецепторов 5-HT1A, транспорта серотонина (SERT), моноаминоксидазы А (MAOA), глюкокортикоидного рецептора (GR), АКТГ, кортикотропин-рилизинг-гормона (CRH), мозгового нейротрофического фактора (BDNF) и рецептора тирозинкиназы B (TrkB) определяли методом количественной ПЦР в реальном времени; эпитопную экспрессию белков 5-HT1A, 5-HT2A, 5-HT2C, GR и рецепторов CRHR1 изучали иммуногистохимически; экспрессию белков BDNF и TrkB в гиппокампе выявляли с помощью автоматизированной системы Simple Wes. Результаты: по сравнению с контрольной группой у мышей модельной группы выявлено значительное увеличение расстояния перемещения и количества переходов через центральную зону в тесте открытого поля (P<0.05, P<0.01), а также увеличение времени неподвижности при подвешивании за хвост (P<0.05); по сравнению с модельной группой количество переходов через центральную зону значительно уменьшилось в группах декомпрессии, тепловой терапии с декомпрессией и флуоксетина (P<0.05, P<0.01). В модели отмечено значительное снижение содержания адреналина (E) и дофамина в гиппокампе (P<0.05, P<0.01) по сравнению с контролем; по сравнению с группой разлуки матери и детеныша содержание норадреналина (NE), E и 5-HT значительно снижено (P<0.05, P<0.01). В группе тепловой терапии значительно снижено содержание NE, DA и 5-HT (P<0.01); в группах декомпрессии, тепловой терапии с декомпрессией и флуоксетина обнаружено повышение уровня E (P<0.01). По сравнению с контрольной и группой разлуки матери и детеныша в модели отмечено значительное повышение экспрессии мРНК 5-HT1A, SERT, MAOA, ACTH, CRH (P<0.01) и значительное снижение экспрессии мРНК TPH, GR, BDNF, TrkB (P<0.01), а также значительное повышение белковой экспрессии 5-HT1A, 5-HT2A и 5-HT2C (P<0.05, P<0.01); по сравнению с моделью в группе декомпрессии мРНК SERT, MAOA, CRH значительно снижена (P<0.05, P<0.01), а TPH, BDNF, TrkB значительно повышены (P<0.01), белковая экспрессия 5-HT1A, 5-HT2A и 5-HT2C снижена (P<0.05), а GR увеличена (P<0.01); у группы тепловой терапии наблюдалось значительное повышение экспрессии мРНК ACTH (P<0.01); у группы флуоксетина мРНК MAOA и CRH снижены (P<0.05, P<0.01), а TPH, BDNF, TrkB повышены (P<0.01), белковая экспрессия 5-HT2A снижена (P<0.01), а GR увеличена (P<0.05). Заключение: метод тепловой терапии и декомпрессии может улучшать тревожноподобное и депрессоподобное поведение у мышей с двукратным стрессом, что, вероятно, связано с путем BDNF/TrkB, осью HPA и серотонинергической системой.

тепловая терапия и декомпрессия; двукратный стресс; тревожноподобное и депрессоподобное поведение; сигнальный путь нейротрофического фактора мозга и рецептора тирозинкиназы B (BDNF/TrkB); мыши